Великий пост: день двадцатый (молитва за живых и усопших)

Сегодня, читая в утреннем правиле молитвы о живых и усопших, не захотел помянуть некоторых лиц, которых иногда упоминаю. Уже не раз происходило подобное.

Но тут вспомнил недавно прочитанную статью о. Андрея Кураева (к сожалению не смог сейчас найти), где говорилось об осуждении, о мере какой мы меряем другого человека. И как-то понял, что отказываясь помянуть некоторых людей, я тем самым как бы отказываюсь за них просить у Бога милости. А значит считаю их НЕ ДОСТОЙНЫМИ милости!

Е-мое! Я осуждаю этих людей, и я считаю, что они недостойны милости милосердного Бога. Я себя считаю достойным. Вот, блин, дело-то как повертывается.

Все-таки помянул тех, кого не хотел.

Можно тут возразить, что это плохо, ибо я помянул  неискренне. Но правильность поступка объясняется просто - если кто-то, ненавидящий брата своего, попросит у грозного царя ему милости и царь услышит и помилует, то разве это неблагое дело?